В случае необоснованных обвинений и недостоверных публикаций в немецких СМИ компаниям доступен ряд внесудебных инструментов реагирования. Эти меры позволяют оперативно купировать репутационные риски, минимизировать расходы и создать юридическую базу для последующей защиты интересов.
Важно отметить, что указанные правовые основания и соответствующие меры могут применяться как по отдельности, так и в совокупности, а также формулироваться в качестве оснований и требований в рамках единого обращения в редакцию.
Для практической реализации указанных внесудебных мер принципиальное значение имеет своевременная фиксация содержания спорной публикации в том виде, в котором она была доступна на момент выявления нарушения, включая текст, изображения, дату и время размещения, URL-адрес и контекст представления материала. Такая фиксация необходима для последующего обоснования требований к редакции, поисковым системам и иным участникам распространения информации, а также для сохранения доказательной базы в случае эскалации спора. При тиражировании материала через сторонние платформы, агрегаторы или социальные сети целесообразно рассматривать адресацию требований не только редакции первоисточника, но и иным лицам, фактически обеспечивающим доступ к спорному контенту, что на практике позволяет оперативно ограничить дальнейшее распространение информации.
Применение указанных инструментов не исключает параллельной публичной коммуникации компании через СМИ, включая публикацию официальных комментариев или опровержений, в том числе в альтернативных изданиях.
1. Досудебное требование на основании норм гражданского права (Abmahnung).
Ключевым внесудебным инструментом защиты репутации в немецком медиаправе является направление в редакцию официального досудебного требования (Abmahnung) о прекращении распространения спорных сведений, их удалении и (при необходимости) опровержении. Данный механизм прямо не урегулирован земельными законами о прессе, однако устойчиво выведен судебной практикой из норм гражданского права.
Правовым основанием требований о прекращении нарушения и недопущении его повторения служит § 1004 (право на устранение и прекращение, нем. Beseitigungs- und Unterlassungsanspruch) Германского гражданского уложения (Bürgerliches Gesetzbuch – BGB) по аналогии в сочетании с § 823 BGB (деликтная ответственность), применительно к нарушениям общего права личности (Allgemeines Persönlichkeitsrecht), защищаемого ст. 1, 2 и 19 Основного закона ФРГ (Grundgesetz). Для юридических лиц защита распространяется на деловую репутацию и право на беспрепятственное осуществление хозяйственной деятельности.
Важно, что для предъявления требования о прекращении нарушения не требуется доказывать умысел или неосторожность редакции; достаточно установить сам факт нарушения.
Особое значение имеет фактор срочности. Если компания в дальнейшем планирует обращаться в суд за обеспечительными мерами (в том числе за судебным запретом на дальнейшее распространение материала), досудебное требование должно быть направлено без промедления после выявления публикации. Затягивание реакции на несколько недель может быть расценено судом как утрата реальной «срочности» (Dringlichkeit) и использовано против заявителя при оценке допустимости экстренной судебной защиты.
На практике досудебное требование (Abmahnung) часто сопровождается предложением редакции представить так называемую «декларацию о воздержании от дальнейших нарушений под угрозой санкций» (strafbewehrte Unterlassungserklärung) — обязательство о прекращении и недопущении повторного распространения спорных сведений, подкреплённое договорной неустойкой (Vertragsstrafe) на случай нарушения. Предоставление такой декларации рассматривается немецкой судебной практикой как эффективный способ устранения риска повторения нарушения (Wiederholungsgefahr) и, при её надлежащем оформлении, может лишить заявителя правового интереса в обращении за судебным запретом. Для компании данный механизм представляет собой быстрый и экономичный способ зафиксировать обязательства редакции во внесудебном порядке и существенно укрепить свою позицию в случае последующих нарушений.
2. Требование о размещении ответа на основании медиа-законодательства (Gegendarstellung).
Наряду с досудебным требованием о прекращении нарушения затронутое публикацией лицо вправе потребовать обязательной публикации своего ответа (Gegendarstellung). Этот механизм предназначен для восстановления баланса позиций сторон в публичном информационном поле и позволяет изложить собственную фактическую позицию в ответ на распространённые сведения.
Для интернет-СМИ и онлайн-версий редакционных изданий такое право предусмотрено § 20 Договора о медиа-услугах (Medienstaatsvertrag – MStV), который является межземельным государственным договором (Staatsvertrag), согласованным федеральными землями и устанавливающим единые правила деятельности СМИ и онлайн-изданий в ФРГ. В соответствии с данной нормой редакция обязана безотлагательно и бесплатно опубликовать ответ лица (важно: на немецком языке), затронутого фактическими утверждениями, без сокращений и комментариев, в сопоставимом оформлении и в прямой связи с исходным материалом. Отказ в публикации ответа со стороны редакции допускается лишь в случаях, прямо предусмотренных § 20 абз. 2 MStV, в частности при отсутствии у заявителя законного интереса, при несоразмерном превышении объёма ответа по сравнению с оспариваемым утверждением, при выходе ответа за пределы фактических сведений либо при пропуске установленного законом срока его подачи (непосредственно после публикации, но не позднее шести недель с последнего дня доступности спорного материала и в любом случае не позднее трёх месяцев с момента его первоначального размещения).
Для печатной прессы (газеты и журналы) размещение ответа (Gegendarstellung) регулируется земельными законами о прессе (Landespressegesetze). Так, в Берлине соответствующее право закреплено в § 10 Закона о прессе Берлина (Berliner Pressegesetz – PresseG BE), который обязывает редакцию опубликовать ответ в ближайшем выпуске, в том же разделе и без изменений. Публикация осуществляется бесплатно и не в форме читательского письма.
Важно, что для требования о размещении ответа (Gegendarstellung) не требуется доказывать недостоверность публикации: по закону достаточно самого факта затрагивания интересов компании фактическим утверждением. В случае отказа редакции публикация ответа может быть принудительно обеспечена решением гражданского суда в срочном порядке на основании § 20 абз. 3 MStV (либо соответствующих норм земельных законов о прессе), с применением процедуры обеспечительных мер и без рассмотрения спора по существу.
Отдельно от требования о размещении ответа (Gegendarstellung) в практике используется требование об исправлении (Berichtigung) либо отзыве (Widerruf) недостоверных утверждений. Эти инструменты направлены не на публикацию альтернативной позиции пострадавшего лица, а на активную коррекцию содержания исходного материала самой редакцией – путём исправления ошибки либо прямого отказа от ранее распространённого утверждения. В отличие от требования о размещении ответа, для обоснования требования об исправлении либо отзыве информации, как правило, необходимо показать недостоверность соответствующих фактических сведений. Такие требования не имеют самостоятельного универсального нормативного закрепления в MStV или земельных законах о прессе, но устойчиво признаются судебной практикой как допустимая форма добровольного устранения нарушения и часто заявляются параллельно с требованием о прекращении распространения спорных сведений (Abmahnung) и/или требованием о размещении ответа (Gegendarstellung) в рамках единого обращения к редакции.
3. Требования на основании защиты персональных данных и «права на забвение» (ст. 16-17 GDPR/DSGVO).
В случаях, когда публикация содержит персональные данные физических лиц, целесообразно рассмотреть применение инструментов защиты данных на основании Общего регламента ЕС о защите данных (General Data Protection Regulation – GDPR; нем. Datenschutz-Grundverordnung – DSGVO) – напрямую действующего в Германии регламента, устанавливающего права и обязанности по обработке персональных данных.
Особое значение это имеет при публикации фотоматериалов и иных идентифицирующих элементов (имена сотрудников, должности, конкретные детали обстановки, место и время съёмки). Даже если лицо формально частично не распознаваемо, но совокупность обстоятельств позволяет установить личность конкретного человека, такие данные подпадают под защиту GDPR/DSGVO. В таких случаях возможно направление в редакцию требования об исправлении персональных данных на основании ст. 16 GDPR или требования об удалении соответствующих материалов на основании ст. 17 GDPR (право на удаление).
При этом действует принцип балансировки прав: GDPR содержит так называемое «исключение для журналистской деятельности» (Medienprivileg), установленное ст. 85 абз. 2 GDPR и реализованное в немецком праве (в том числе через положения MStV и законов о прессе). Он позволяет СМИ обрабатывать персональные данные для журналистских целей без применения всех строгих требований GDPR, чтобы обеспечить свободу прессы и информации. Однако это исключение не распространяется автоматически на все случаи – оно действует только в рамках журналистской деятельности с общественно значимой информацией и не защищает публикаций, основанных на недостоверных фактах или направленных на сенсационность/травлю, где вред для личности явно превышает общественный интерес.
Отдельным и практически значимым инструментом защиты компанией своей репутации является реализация права на удаление ссылок из поисковой выдачи
(«de-indexing») как форма исполнения права на удаление персональных данных, предусмотренного ст. 17 GDPR. Федеральный суд Германии в своей актуальной практике (в частности, решение от 23 мая 2023 года по делу № VI ZR 476/18) сформулировал общие критерии рассмотрения таких требований к поисковым системам. Суд подтвердил, что оператор поисковой системы может быть обязан удовлетворить требование об удалении ссылки, если заявитель представит доказательства того, что содержащаяся в материалах информация является очевидно недостоверной, поскольку ложные фактические утверждения не пользуются той же защитой, что добросовестное информирование, и потому при их очевидной недостоверности баланс смещается в пользу заявителя. При этом подлежит оценке баланс между правами личности и свободой информации, однако для удовлетворения требования недостаточно субъективного несогласия с публикацией – решающее значение имеет фактически доказуемая недостоверность спорных утверждений.
4. Жалоба в Немецкий совет по прессе (Deutscher Presserat).
В качестве дополнительного инструмента воздействия пострадавшая компания может использовать механизм саморегулирования немецкой прессы и подать жалобу в Немецкий совет по прессе (Deutscher Presserat). Это независимый орган, созданный издательскими и журналистскими объединениями Германии, который осуществляет контроль за соблюдением профессиональных и этических стандартов журналистики, закреплённых в Кодексе прессы (Pressekodex). Компетенция Совета распространяется на печатные СМИ (газеты и журналы) и их онлайн-версии и не охватывает телевидение и радио.
Жалоба подаётся напрямую через официальный сайт Совета (presserat.de/beschwerde.html) и может быть направлена любым затронутым лицом или организацией. Процедура бесплатна для заявителя. При её рассмотрении оценивается исключительно профессионально-этическая сторона публикации, без установления юридической ответственности редакции. По итогам разбирательства Совет может вынести официальную оценку действий редакции, наиболее значимой формой которой является публичное порицание (Rüge), информация о котором размещается в открытом доступе и редакциям рекомендуется публиковать у себя. Такое порицание не влечёт прямых правовых последствий, однако на практике является весомым аргументом в публичном пространстве, поскольку подтверждает нарушение профессиональных стандартов журналистики, например недостаточную проверку фактов или односторонний характер подачи информации.
Следует учитывать и практический аспект сроков: как правило, жалобы рассматриваются в отношении сравнительно недавних публикаций, поэтому данный инструмент наиболее эффективен при оперативном реагировании вскоре после выхода материала. Данный механизм не заменяет юридические средства защиты, но может эффективно использоваться параллельно с ними как элемент репутационного и коммуникационного давления.
