Роман Абрамович оставил олово земле

Как стало известно «Ъ», подконтрольная Millhouse Романа Абрамовича компания «Северное олово» сочла нерентабельной разработку крупнейшего месторождения олова в РФ — Пыркакая на Чукотке — и закрыла проект, сдав лицензию государству. В Пыркакай звали и иностранцев, в частности китайскую Yunnan Tin Group, но она решила, что содержание металла в руде слишком низкое. Месторождение может быть интересно другим инвесторам лишь при переоценке запасов, говорят участники рынка.

 

Принадлежащее Aristus Holding Ltd Романа Абрамовича ООО «Северное олово» приняло решение о ликвидации, следует из данных ЕГРЮЛ и Kartoteka.ru, запись в реестр внесена 10 января. «Северное олово» владело лицензией до середины 2028 года на разработку крупнейшего в России месторождения олова Пыркакай в Чукотском АО, но, как оказалось, еще в ноябре 2016 года сдало ее Роснедрам (данные сводного реестра ведомства, 21 ноября аннулирование лицензии внесено в ЕГРЮЛ).

 

Запасы Пыркакайского оловоносного узла в Чаунском районе Чукотки по ГКЗ — 228,5 тыс. тонн олова (четвертое место в мире) и 23 тыс. тонн вольфрама. Лицензия принадлежала «Северному олову» с 2009 года, начало добычи планировалось на 2017 год, мощность переработки — около 6 млн тонн руды в год с выпуском 11,1 тыс. тонн олова и 814 тонн вольфрама. Период стабильной добычи на месторождении оценивался в 20 лет.

 

Капзатраты на разработку Пыркакая оценивались в $300 млн, Millhouse c 2012 года искала партнеров для развития актива или покупателей на него. Месторождение предлагалось крупнейшему мировому игроку — китайской Yunnan Tin Group (YTG), но она отказалась, сочтя содержание металлов в руде (0,25%) слишком низким и указав, что добыча при ценах 2012 года ($20 тыс. за тонну на LME) была бы нерентабельной. При этом еще в начале 2015 года цена металла обновляла десятилетний минимум, упав до $13,6 тыс. за тонну, отмечалось в материалах единственного российского производителя «Русолово» (входит в группу «Русские фонды»). Сейчас тонна олова стоит на LME $21 тыс. за тонну. «Но и в текущих ценах проект разработки Пыркакая не проходит по экономике»,— уверяет собеседник «Ъ», знакомый с ситуацией. В Millhouse отказались от комментариев.

 

Директор инвестбанковского управления «Русских фондов» Сергей Рыжов говорит, что проблемы отрасли начались еще при СССР, когда на фоне дефицита олова во главу угла поставили объемы, а не рентабельность добычи, которая субсидировалась. На баланс ставились запасы с крайне низким содержанием металла в руде, и даже после распада СССР государство далеко не всегда позволяло недропользователям списывать непригодные к эффективной отработке запасы. Но переоценка нужна, настаивает господин Рыжов. Например, запасы принадлежащего «Русолову» Правоурмийского месторождения исходно насчитывали около 130 тыс. тонн олова. После переоценки и изменения плана работ осталось 85 тыс. тонн, зато среднее содержание металла в руде выросло до 1% с 0,4%. Сейчас в проекты «Русолова» вложено около 1,5 млрд руб., объем добычи в 2016 году — около 700 тонн, для роста добычи до 5 тыс. тонн нужно еще около 7 млрд руб.

 

По словам господина Рыжова, китайские компании работают и с рудой с содержанием олова чуть выше 0,2% при карьерной добыче в районах с развитой, в отличие от Пыркакая, инфраструктурой. Чукотское месторождение потенциально может быть интересно, если будет проведена предварительная актуализация пригодных к рентабельной отработке запасов, отмечает Сергей Рыжов. В Минприроды сказали «Ъ», что новые торги будут проводиться только при наличии «серьезного интереса от нескольких претендентов». По данным «Русолова», ежегодные потребности России в олове составляют 7,5 тыс. тонн, из которых 90% импортируется из Китая, Боливии и Португалии. Мировое потребление рафинированного олова, по данным отраслевого объединения ITRI, составляло в 2015 году 345,7 тыс. тонн.

 

Олег Петропавловский из БКС считает, что с учетом девальвации рубля при цене олова в $21 тыс. за тонну чукотский проект имеет право на жизнь. Но, добавляет эксперт, в рублях также вдвое подорожало импортное оборудование, и, вероятно, на фоне отсутствия партнеров и волатильности цен на олово это и заставило Millhouse отказаться от Пыркакая.

 

Анатолий Джумайло

инвестицииоловоАбрамович