Когда ситуация в экономике сменится на более благоприятную? Какой стратегии придерживаться малому бизнесу в трудные периоды? На эти и другие вопросы нашего издания отвечает наш эксперт, директор Института стратегического планирования и финансового анализа УрГЭУ Максим Марамыгин.

– Максим Сергеевич, высокая ключевая ставка ЦБ и рост налогового бремени ужесточают условия ведения бизнеса. Как Вы оцениваете ситуацию, сложившуюся в экономике в последние годы?

– Российская экономика не однородна, она состоит из разных секторов, и в каждом – своя специфика. После начала СВО в феврале 2022-го экономика разделилась на два основных сектора: оборонный и гражданский. И поначалу оба сектора очень неплохо развивались. В 2022-24 рост объемов производства предприятий ОПК был обеспечен мощным гособоронзаказом (ГОЗ), а предприятия гражданского сектора активно занимали рыночные ниши, освободившиеся после ухода с нашего рынка западных брендов. Для них он стал настоящим подарком судьбы!

Начиная с 2025 года рыночные тенденции заметно изменились. Оборонный сектор продолжает тучнеть на ГОЗ, полная загрузка и высокие зарплаты переманивают на эти предприятия лучшие кадры из гражданского сектора. Ужесточение денежно-кредитной и валютной политики ЦБ в 2025 году привело к масштабному спаду в гражданском секторе. И если в начале года он держался за счет ранее накопленного «жирка», то к 2026 году резервы закончились. Ситуация на сегодня сложилась очень тревожная, особенно по конкретным отраслям.

В Свердловской области по итогам 2025 года падение объемов транспортного машиностроения составило 25%, на некоторых заводах – до 70%, отсутствие заказов привело к увольнению персонала. Таковы данные статистики. В металлургическом комплексе Среднего Урала падение составило 11%. По нему особенно сильно ударила валютная политика ЦБ, которая держит курс рубля на искусственно завышенном уровне около 80 рублей за доллар.

Реальный рыночный курс рубля эксперты оценивают в 95–100 рублей за доллар. До СВО курс валют формировался по итогам торгов на Московской бирже, все было понятно и прозрачно. Теперь из-за санкций биржа не действует, ее функции взял на себя ЦБ, который собирает информацию и корректирует курс по своему усмотрению. И это – настоящий «черный ящик». У ЦБ своя логика, недоступная простым смертным, никто не может спрогнозировать, каким будет курс завтра или на ближайшую перспективу.

Экспорт уральского металла при нынешнем искусственном курсе рубля стал убыточным. А внутри страны спрос на металлопрокат упал – вследствие падения спроса на него в строительном комплексе. Этот крупнейший потребитель металла внутри страны переживает масштабный спад. Запредельная ключевая ставка ЦБ сделала недоступной массовую ипотеку, по этой же причине рынок недвижимости переживает сегодня стадию стагнации.

Разорение или уход с рынка малого бизнеса в гражданском секторе прямо влияет на обороты сетевого ритейла. Доходы населения падают, люди предпочитают покупать самое необходимое и недорогое. Полки магазинов формата «у дома» на глазах пустеют, поскольку ритейлеры не заказывают более дорогие товары, которые никто не купит.

– Какие гражданские отрасли сохранили свои позиции?

– Прежде всего, легкая промышленность. По данным статистики, в этой отрасли наблюдается по итогам года наблюдается небольшой рост. Одна из причин – швейники также обеспечены госзаказом. Сохраняют свои позиции предприятия общепита и сферы услуг.

В IT-сфере не все однозначно. По итогам 2025 года статистика фиксирует падение зарплат айтишников на 25%. Среди причин – заморозка многих инвестиционных проектов вследствие недоступности инвестиционных кредитов. Их реализация отодвигается на 2027–28 годы. По загрузке айтишников бьет также активное внедрение во все сферы экономики искусственного интеллекта. ИИ все чаще берет на себя разработку несложных программ, рутинных операций. В выигрыше те компании, которые готовят оригинальные IT-решения под конкретные потребности рынка. Потенциал рынка цифровых решений остается емким – очень многие бизнес-процессы, особенно в управлении, ждут своей оптимизации. Но из драйвера экономики IT-сфера сместилась в мейнстрим.

– Какой стратегии и тактики в эти сложные времена лучше придерживаться малому бизнесу?

– Универсального, подходящего для всех алгоритма нет, для каждой отрасли и для каждого предприятия он свой. В любом случае полезны сокращение расходов и оптимизация бизнес-процессов, это повышает конкурентоспособность предприятия.

Где-то возможно переориентировать бизнес на другой сектор, где есть платежеспособные потребители, ту же оборонку. Диверсифицировать бизнес, занять смежные ниши. Проведение стратегического планирования, маркетинговые исследования. Анализ рынка и поиск новых ниш и востребованных продуктов – это всегда полезно.

Вопрос целесообразности консервации бизнеса и сокращения сотрудников каждый руководитель должен решать самостоятельно. С одной стороны, конечно, хочется сохранить и интересный бизнес, и квалифицированный персонал. С другой – если заказов нет и не предвидится, то растущие долги по заработной плате персоналу могут утянуть на дно и обанкротить даже самое многообещающее предприятие. Полная заморозка бизнеса поможет высвободить силы и время предпринимателя для личностного роста, развития своих компетенций в совершенно другой сфере. В итоге он сможет подготовить новый бизнес-проект и успешно стартовать с ним, как только деловой климат чуть потеплеет.

– Видите ли Вы свет в конце туннеля?

– Его проблески – в тенденции смягчения политики ЦБ РФ. Понемногу, на полпроцента, ключевая ставка ЦБ снижается, и это обнадеживает. По прогнозам, к концу 2026 года ставка может достигнуть уровня 12%. Это все равно много. Инвестиционные проекты имеет смысл реализовать, начиная со ставки ЦБ не свыше 10%, при рентабельности бизнеса как минимум 15% годовых.

Многие эксперты прогнозируют окончание СВО в этом году в том или ином варианте. А это сразу поможет устранению перекосов в экономике. По большому счету, война никому не нужна, и в ЕС от нее тоже устали, несмотря на все воинственные заявления. Но лидеры стран ЕС боятся взять на себя ответственность за поражение и ошибочности своего стратегического курса. Это поставит крест на их политической карьере. Кроме того, на Украине выросло уже целое поколение головорезов, которые умеют только убивать и ничего другого. Понятно, что после завершения СВО, они хлынут в страны ЕС, пополнят ряды преступности, что резко ухудшит криминальную обстановку в этих странах.

Все войны рано или поздно кончаются. Окончание горячей фазы СВО будет означать снятие ограничений в валютной политике и улучшения делового климата в целом. Это приведет к встряске экономики, которая займет примерно полгода. И только к середине 2027 года, я надеюсь, будут созданы условия для устойчивого роста.

Потенциал развития российской экономики огромный, во многих отраслях накопился отложенный спрос, есть готовые к реализации инвестпроекты. И как только деловой климат в стране нормализуется, они «выстрелят», станут локомотивом развития всей экономики.

Максим Сергеевич Марамыгин – директор Института стратегического планирования и финансового анализа УрГЭУ. На протяжении ряда лет возглавлял Институт финансов и права в составе УрГЭУ, был проректором вуза.

Доктор экономических наук. Профессор и преподаватель кафедры денежного обращения и кредита УрГЭУ. Автор и руководитель независимых экспертиз и прогнозных оценок сегментов рынка, выполняемых по заказу бизнес-структур.